НАВЕРХ

Это мы тут понаехали…

Новокузнецкому музею «Тазыхан» – это имя героини шорского эпоса, бывшей матерью «властителя добрых духов», – исполнилось десять лет. Создали его талантливая шорская писательница Таяна Васильевна, член Союза писателей России, родившаяся в маленькой таёжной деревушке Усть-Анзас (там, на окраине Таштагольского района нашей области, на месте впадения прозрачного холодного Анзаса в зелёную от отражения окрестных солнечных гор Мрассу, я была, а вы?), ставшая новокузнечанкой, и её муж Николай Тудегешев, помощник во всём, из старого шаманского рода (он, старший мастер коксохимпроизводства, и сам время от времени «превращался» в шамана-кама, чтобы уговорить духов оградить людей от наводнения, дать им здоровье и благополучие).

Город, в котором мы живём, появился не в 30-х годах прошлого века и даже не в 1618 году – долгие века до появления русских казаков здесь находилось поселение с красивым именем Аба-тура – Отец-город или Город кузнецов. Считалось, что покровителем здешнего народа был бог Аб – хозяин одного из девяти небес Ульгеня, сам прекрасный кузнец, который спустился со звёзд на землю, чтобы научить людей этому древнему ремеслу. От Аба у нас в городе «остались» и речка Аба, и Абашево, и Абагур… Сколько времени прошло, а языковая память об Абинских шорцах жива!

Когда-то это был большой сильный род – один из многих шорских сеоков (это слово означало и род, и кость). Аба-тур жил на месте сегодняшнего Новокузнецка – вместе с ещё одним прославленным родом, который назывался Четтывер, по имени родового тотема, семи волков. Упоминания об Аба-тур и Четтывер сохранились в древних китайских летописях, были высечены на камнях древнетюркских памятников… И это наша история!

Когда-то у каждого шорского поселения были свои сказители-кайчи и кузнецы. Первые воспитывали детей, помогали жить взрослым, потому что их сказки и легенды рассказывали, как устроена вселенная и наш мир и как должен вести себя в нём человек. А вторые делали такие чудесные вещи из железа, что осваивавшие Сибирь казаки готовы были дорого заплатить, чтобы заполучить кольчуги и клинки шорских умельцев. Обе «профессии» – древние, священные, даже сакральные. Но самыми важными людьми в любом сеоке были шаманы, которыми могли стать только особые избранники доброго Ульгеня, жившего на своих небесах.

Обычно какие-нибудь родители обнаруживали у своего малыша отметину Ульгеня – артак-сеок, лишнюю косточку, бугорок на пальце или ямку в мочке уха. Шли к «действующему» шаману, и тот узнавал у главного духа-помощника – самого духа-тагэзи горы Мустаг! – будет ли мальчик камом. А получив подтверждение, начинал его учить. Если же хитрая косточка не находилась, то за будущего шамана брался злой Элрик, насылая своих подчинённых, духов айна, которые вызывали у избранника мучительную шаманскую болезнь, пока не добивались его согласия стать камом.

Ульгень и Элрик – братья-творцы. Первый сотворил солнце, луну, звёзды, землю и реки. Второй – горы. Первый создал птиц, зверей и человека, но человеческую душу, как ни

старался, сотворить не смог. Это сделал Элрик, поставив условие, что созданная душа будет принадлежать ему, а телом пусть владеет Ульгень. И шорцы верили, что добрый бог, живущий на небе, и злой бог, обитающий в подземье, равны между собой, а их власть над человеком одинакова. Так что счастье, здоровье, богатство – даётся людям по воле обоих, а не одного божества. И очевидное зло – болезни и несчастья – тоже!

Начинающему каму вырезали колотушку-орба из черемуховой ветви с развилкой из трёх или пяти отростков, обтягивая её шкуркой белого зайца и привязывая к ремешку кусочки цветной материи. Но через год камлания колотушку обязательно надо было менять. А старые сильные шаманы камлали при помощи бубна. Место, где они общались с предками, задабривали духов, договаривались с братьями-богами, камы выбирали сами – обычно на поляне около берёзы. Свежую молоденькую берёзку ставили и в конический шалаш-одаг, чтобы зелёные листочки торчали сверху. На её стволе делали девять зарубок – это были ступени, по которым шаман забирался по очереди на все небеса Всевышнего Ульгеня.

По представлениям шорцев – а их не вытеснили ни казаки XVII века, ни православные священники XX, ни даже «лихое» начало XXI – мы, люди, живём на средней земле Орты-чер. Над нами – небесная земля Ульген-чер. Под нами – земля злых духов Айна-чер. И за каждым шорским родом до сих пор числится свой тотем – ворон-карга, медведь-апшак или даже… шор. Это некий диковинный зверь, возможно, из давно вымерших, которого рисуют на бубнах самых сильных шаманов. Его-то и выбрали, когда в XIX веке придумывали, как называть шорцев. А ещё у шорских сеоков есть свои… родовые горы. Почти все они очень старые, невысокие – едва высовываются из сплошного таёжного моря. Те, что повыше, почитаются особо – как священная родовая гора Ай-Каан на Мрассу. Это Кан Месяца, охраняющий тамошние земли.

Шорские деревеньки – старейшие поселения в Кузбассе, а вернее – древнейшие. Шорцы тут жили всегда, сформировавшись в этнос в VI веке – даже Древняя Русь ещё не появилась! Но если считать от самодийцев и угров, бывших предками шорцев, получается, что они на несколько веков старше. Через Горную Шорию в древние времена шли караванные тропы – разные народы кочевали с юга на север и с востока на запад. Они приходили и уходили. А шорцы оставались… Потому что это мы здесь «понаехали», а они – коренной народ!

У шорского народа такая сложная, захватывающая космогония и мифология, что «цивилизованному» Древнему Египту и не снилось! И хотя в начале XX века большинство шорцев были крещены, а православные праздники и обряды вытесняли шаманистские, но не были забыты ни само шаманство, ни ещё более архаичные культы огня, гор, воды, тотемных животных. Более того – они сохранились до сих пор! Правда, скорее, просто в силу привычки. Впрочем, «правоверными» христианами шорцы тоже не стали: они как индийцы – могут и красивую тряпочку к ветке привязать, и в церковь зайти, и пайрам попраздновать… Главное – чтобы помогало!

На территории нашей области, которую до XVII века занимал шорский народ, ещё сохранились уникальные сакральные и культовые места. Даже остались настоящие шаманы-камы, хотя их немного. Матери – особенно в деревнях – рассказывают своим

малышам старые сказки, которые сказители-кайчи передавали из поколения в поколение, из уст в уста. Люди продолжают соблюдать древние обряды – например, во время похорон и поминок принято принести жертву от-эззи, духу огня. И будет до слёз обидно – с точки зрения истории, культуры, даже воспитания! – если всё это пропадёт, сгинет.

Инна Ким

NK-TV.COM




Просмотры: 1422 Комментарии: 0

Добавить комментарий

Комментарии