Не хотелось бы лет через …дцать читать в исторических документах такие строки: «Еще совсем недавно на правом берегу Томи располагался заповедный бор, превосходящий своими размерами Гайд-парк в Лондоне и Центральный парк в Нью-Йорке. Этот лес появился больше 20 тысяч лет назад, сумел пережить эпоху советской индустриализации и Великую Отечественную войну. Он радовал кемеровчан своей природной первозданностью, пока не началось его благоустройство». Боятся кузбассовцы, что все к тому идет. Особенно после недавних депутатских инициатив по дополнению закона об ООПТ, готовящейся программы развития уникального «природного комплекса» и последовавших за ними «сенсационных» заявлений, и вовсе поставивших под сомнение ценность Соснового бора. Конечно, можно было бы отмахнуться и «не нагнетать». Но пока в социальных сетях создаются группы в защиту Рудничного бора, подписываются петиции, проводятся флэшмобы и один за другим снимаются тематические ролики, в экспертной среде исподволь закладываются возможности еще совсем недавно просто немыслимого: сомнений по поводу природной уникальности Рудничного соснового бора. На заседании Общественной палаты именитый ученый-ботаник просто взял и поставил под вопрос его реликтовую ценность. Так и сказал – что вы вцепились в этот бор, не такой уж он и реликтовый. «Да вранье, что это естественный бор! Его уже десять раз подсаживали, десть раз перестраивали», – дословно сообщил Андрей Куприянов, директор Ботанического сада, член Общественной палаты Кемеровской области. Интересно, что «осенило» ученого не так давно, ибо еще в 2013 году он в составе комиссии исследовал Сосновый бор для присвоения ему статуса особо охраняемой природной территории (ООПТ) и придерживался совершенно иного мнения. Так неужто «переобулось» научное сообщество во славу лоббируемых кем-то интересов? Давайте разбираться, чем уникален наш Сосновый бор, или ученый прав и бороться здесь особо и не за что. Сосновый бор – это где? Для начала определимся с терминами. Реликтовый лес (девственный лес, первобы́тный лес, пу́ща) – лес, не измененный человеческой деятельностью и природными стихийными бедствиями. В разных уголках Земли, к удивлению индустриального человечества, сохранились первозданные леса, которые и принято называть реликтовыми. На протяжении многих лет флора и фауна этих массивов оставалась нетронутой. Такого рода уникальные уголки нашей природы тщательно оберегаются от всех внешних факторов, способных разрушить их первозданность. Каким-то чудом такой лес дожил до наших дней в Кемерове. Но, если, к примеру, назначить кемеровчанину встречу в Сосновом бору, то можно и не найти друг друга. Потому что сосновых боров на территории Кемерова и Кемеровского района множество. Это собственно Рудничный бор (между улицами Терешковой и Нахимова), Красный бор и долина реки Каменушки (улица Ноябрьская, Кардиоцентр), Пригородный бор (от Пионерского переезда, включая санитарно-защитную зону «Азота», практически до Мазурова), Комиссаровский бор (сосново-березовые массивы от улицы Почтовой до Арктической), Пионерский бор (сосновые массивы юго-западнее улицы Папанина), Журавлевский бор (на правом берегу Томи вдоль Елыкаевской трассы). На самом же деле, как утверждают экологи и историки, бор-то один. Тянется он от деревни Старочервово до пгт Яшкино и появился больше десяти, а по некоторым данным – больше 30 тысяч лет назад. Есть версия, что условия для его появления были созданы сходящимися ледниками, когда под их наплывом почвенный покров сменился моренными суглинками и супесями. Эти территории, малопригодные для произрастания других видов деревьев, облюбовала не особо притязательная сосна. С тех давних пор эта лесная полоса и сохранилась. «Наш Сосновый бор входит в разряд тех прирусловых реликтовых боров, которым как минимум 30 тысяч лет, – отметил член экспертного Совета администрации Кемеровской области по ООПТ Андрей Егоров. – Растительное сообщество сформировалось здесь давно и почти в первоначальном состоянии существует до нашего времени». В пользу этого же говорят и наблюдения известного кемеровского журналиста-краеведа Владимира Сухацкого. «Некоторые наши биологи утверждают, что этому лесу всего лишь 300 лет, – сообщил Владимир Александрович. – Но они теряются при ответе на мой вопрос – а что было раньше на его месте? Пустыня? Чернозем? Или болото? Рядом с Рудничным бором находится два археологических памятника эпохи поздней бронзы – Люскус-1 и Люскус-2. В 1971 году кемеровский школьник нашел на берегах речушки Люскус старинные вещи, которые очень заинтересовали историков. По ним ученые определили, что в VIII-III веках до нашей эры на этом месте находилось городище. Известен тип жилья того времени – это большие квадратные или круглые дома-полуземлянки, стены которых укреплялись большими бревнами. Очевидно, что люди не привозили деревья издалека, а рубили там, где жили». Так что наш бор един и очень стар. Но в ходе наступления цивилизации он был порезан дорогами и жилой застройкой и попросту распался на крупные фрагменты, которые от этого менее первозданными не стали. Они получили географические привязки в названиях и создали множество кемеровских сосновых боров, в которых в прямом и переносном смысле можно заблудиться. Особняком в этом боровом списке стоит Серебряный бор (от Мусульманского кладбища до улицы Объект 1200 в деревне Андреевка), который находится в километре от исконного Рудничного бора. Это искусственные сосновые посадки, которые, и правда, не имеют никакого отношения к реликтовой части леса, хотя за компанию называются сосновым бором. Возможно, именно его имел в виду уважаемый ученый, когда говорил о рукотворности Соснового бора. Но бор бору рознь. И именитый ботаник, думаем, вовсе не хотел подменять понятия и вводить в заблуждение горожан. Один такой на белом свете Но от рукотворного Серебряного вернемся к реликтовому Рудничному бору. Из всех кемеровских лесов ему повезло меньше всего. Он давно искушает адептов цивилизации перспективой «окультурить» простаивающую с точки зрения возможностей перспективную территорию. И историческая уникальность бора им как раз-таки на руку: Рудничный бор (на минуточку!) единственный в мире реликтовый лесной массив, расположенный в самом центре полумиллионного города. Но, видимо, этого мало. Если рассматривать его в ряду городских парков и мест для прогулок и отдыха, то равных ему тоже не будет. Площадь Рудничного бора до конца не определена. По разным источникам она составляет от 375 до 403 га. «Здесь легко поместились бы 565 футбольных полей или два княжества Монако, – рассказывает В. Сухацкий. – Для сравнения: всемирно известный Лондонский Гайд-парк занимает 140 га, а Центральный парк в Нью-Йорке – 340 га. При том что оба заграничных парка – это искусственные насаждения, а наш – кусок живого леса со сложившейся здесь экосистемой. Подобного в мире просто больше не существует». В 2013 году городская администрация обратилась к услугам независимых экспертов-экологов, которые провели всестороннее обследование Бора на предмет его состояния и природной ценности. Результаты оказалось впечатляющими – 380 видов растений и 1500 видов насекомых, среди которых, кстати, федеральная краснокнижная бабочка голубянка Фальковича. С фауной тоже все в порядке: здесь водятся белки, бурундуки, зайцы, хорьки и ласки. Пять видов местных животных и девять видов растений занесены в Красную книгу Кемеровской области. Зоологи предполагают, что в относительно недалеком прошлом фауна Рудничного бора была представлена всем комплексом позвоночных животных, характерным для лесной зоны Кузнецкой котловины, в том числе таких крупных, как лось, медведь, волк и другие. Но по мере окружения Бора сельскими поселениями, а затем и городскими кварталами крупные охотничьи виды истребили. Но даже сейчас периодически в бор заходят рыси, лисицы, залетают филины. Хранимый всеми святыми «Удивительно, но первыми, кто обратил внимание на уникальность бора, были американцы, помогавшие в 20-е годы советской России развивать угледобычу, – рассказал Владимир Сухацкий. – Они не стали использовать его для застройки и даже ввели крупные штрафы за вырубку леса. Легендарный руководитель АИК «Кузбасс» Себальд Юстинус Рутгерс увольнял работника, если тот просто пас скотину в бору. В ноябре 1929 года власти города приняли решение ограничить использование территории бора и сохранить его. Даже в годы войны, когда город испытывал острый дефицит строительного и крепежного леса, не было срублено ни одного дерева! Затем, в 50-е годы, кемеровские шахты «Центральная» и «Северная» испытывали острую нужду в круглом лесе: горные выработки крепились только им. Но горняки использовали не реликтовую сосну, которая росла в паре километров от выработок, а завозили древесину из Барзаса и Крапивина. Бор шахтеры не тронули». «Да, в современном Сосновом бору есть искусственные вкрапления, – признала Нина Вашлаева, помощник депутата Совета народных депутатов Кемеровской области, до декабря 2015 года заместитель губернатора по природным ресурсам и экологии. – Но это не понижает его природного происхождения и значимости. И это, действительно, понимали даже угольщики. Шахты доходили до территории бора и не претендовали на большее. Хотя в сторону Рудничного бора простираются пласты Кемеровский и Волковский. И все же вырабатывать в эту сторону не стали. Почему? Да потому что там бор! Если ехать в сторону ДК «Шахтеров», можно увидеть трещинки и провальчики на дорожном полотне. Они выходят на краевых частях подработки, которая в парк не зашла – закончилась на дороге. Это лес, и мы должны ценить те богатства, которые у нас есть». В советское время в бору проводились массовые праздники песни, на которые съезжались до 10 тысяч человек. Они пели песни о дружбе, а еще собирали цветы и вытаптывали территорию бора, нанося ему непоправимый ущерб. К 80-м годам популярность Соснового бора била все рекорды. Летом за один день здесь отдыхали до 20 тысяч горожан. И тогда властями было принято решение построить там огромный развлекательный центр с канатной дорогой через Томь для транспортного удобства кемеровчан. Правда, для этого пришлось бы вырубить половину уникального леса. Автором проекта строительства «канатки» стал председатель Кемеровского горисполкома Г.С. Веселов. Кемеровские старожилы рассказывают, что специалисты из Грузии уже приступили к работам, были установлены опоры и подъемник. Но в самый последний момент выяснилось, что трос, по которому должны курсировать пассажирские кабинки, всего на несколько метров короче, чем было необходимо. Пока ждали замену, внезапно началась перестройка, и финансирование прекратилось, а после идею и вовсе заморозили. А некоторые свидетели происходящего утверждают, что история про коротковатый трос – легенда. На самом же деле строительство канатки было запрещено в конце 1980-х специальным решением Кемеровского горсовета. Как бы то ни было, бор тогда выстоял. Но ненадолго. В 2011 году по областной столице разнесся слух о том, что через Томь в Рудничный бор снова собираются тянуть канатную дорогу. В 2012 году стало известно название бизнес-инвестора, который намеревался арендовать под свои строительные нужды 6,5 га лесной земли. Компании, претендовавшей тогда на земли Соснового бора, по стечению обстоятельств в Кузбассе больше нет. Но в то время экологи и активисты приступили к активным действиям, а точнее – противодействию реализации намеченного проекта. Защитники леса прекрасно понимали, что в скором времени найдутся юридические лазейки для капитального строительства в бору, и противостоять наплыву желающих по кускам расхватать и освоить реликтовый лес будет не так-то просто. Общественный резонанс был настолько велик, что власти поддержали кемеровчан, и 26 июня 2015 года Совет народных депутатов г. Кемерово в целях сохранения и восстановления природных объектов бора принял решение №420 «О создании особо охраняемой природной территории местного значения «Природный комплекс Рудничный бор», где был утвержден режим особой охраны. И первое, что было сделано для бора в его новом статусе – перекрыт поток непрерывно снующих машин. В выходные дни и праздники их насчитывалось до 400 штук. А ведь сосна с ее поверхностной корневой системой – растение совсем негазоустойчивое. Многие в тот год вздохнули свободно, восприняв присвоенный бору статус ООПТ в качестве своего рода «мирного договора» с властями и гарантией сохранности леса. Но не тут-то было. Расслабиться не получилось. К чему ведут власти Николай Сенчуров, председатель Кемеровского городского совета народных депутатов, в интервью одной из местных телекомпаний сообщил, что наш Сосновый бор требует экстренного вмешательства, а действующее сегодня положение об ООПТ «Рудничный бор» изначально несовершенно. И, видимо, решив усовершенствовать его, осенью прошлого года власти внесли в закон несколько поправок, которые это самое вмешательство им и должны были позволить: расширили понятие «объекты и элементы благоустройства» и разрешили на территории ООПТ осуществлять строительство, в том числе установку малых архитектурных форм и скульптур. И правда – какой смысл нарушать закон, когда его можно просто переписать под себя. Только вот зачем бору именно такое экстренное вмешательство – пока до конца не понятно. Кузбассовцы восприняли эту инициативу как лазеечку, которая в конечном итоге позволит расширить хозяйственную деятельность на территории с особым режимом охраны. Да и невесть откуда взявшаяся формулировка «природный комплекс», к которой отнесли Рудничный бор, не дает покоя экологам. «Закон об ООПТ формировался десятилетиями, – констатировал Андрей Егоров. – Он сформулирован максимально четко. По режимам охраны особо охраняемые природные территории делятся на заказники, памятники природы и природные парки. Но в случае с Рудничным бором появилась неизвестная ранее и не прописанная в федеральном законе об ООПТ категория «охраняемый природный комплекс». Как она была принята на голосовании – для меня остается загадкой. Но главное – у этой новоявленной категории на сегодняшний день нет никаких четко прописанных требований и ограничений. Что это – безграмотность принимающих решение структур или умысел – решать не мне». Многие прочитали в этих хитрых комбинациях определенный умысел. Тем временем губернатор Кемеровской области Сергей Цивилев поручил главе города Илье Середюку к июню 2019 года разработать комплексный план развития Рудничного бора, чтобы сделать его более безопасным и комфортным для горожан. Как выяснилось на январской отчетной конференции, концепция развития бора подразумевает его благоустройство, а именно – установку фонарей для освещения, строительство туалетов, прокладку асфальтированных дорожек. Мол, детям в туалет некуда сходить, а женщинам по вечерам страшно. Власти утверждают, что вопрос будет обсуждаться с жителями и никаких реальных шагов администрация не предпримет, пока не получит всеобщее «да». Для демонстрации общественных настроений подконтрольные областным властям СМИ снимают новостные сюжеты на тему благоустройства Рудничного бора. Только вот что интересно: в ходе опросов люди допускают одну важную оговорку – называют Рудничный бор Серебряным. Но как мы уже говорили, бор бору рознь. И не стало бы такое заблуждение населения основанием для роковой ошибки в отношении Рудничного бора. Кстати, первый шаг в наступлении цивилизации на реликтовый лес власти уже сделали, не дожидаясь общественного вердикта. Во время своего визита в Рудничный бор губернатор заметил, что здесь не хватает мест для парковки автомобилей. По словам главы региона, посетители бора жаловались на то, что имеющейся стоянки для 150 машин им мало. В кратчайшие сроки парковку расширили в сторону улицы Терешковой за счет частной территории, которую в безвозмездное пользование горожанам предоставил социально ориентированный, по словам губернатора, бизнесмен-меценат. В итоге к имеющимся 150 машиноместам добавили еще 240 мест для парковки. В общей сумме рядом с бором теперь может остановиться порядка 400 машин. Несложно посчитать, что из них в бор одновременно может зайти более 1600 человек. Готов ли он к такой нагрузке? Ученые говорят – нет. Тем более к хаотичной и бессистемной. Отрицая, предлагай Проводившие в 2013 году экспертизу экологи разработали компромиссный вариант организации отдыха горожан на территории Рудничного соснового бора. Они предложили провести ее зонирование с выделением зон покоя, особой природной ценности и активного лесовосстановления. Согласно этому проекту, всю территорию бора предложено разделить на части. 111,5 гектаров в глубине лесного массива планируется превратить в зону покоя – она должна остаться в первозданном виде, и присутствие человека здесь будет крайне нежелательно. Вторая часть площадью 216,5 гектаров должна быть предназначена для тихих и непременно пеших прогулок. А третьей, сравнительно небольшой частью примерно в 50 гектаров должна стать зона для размещения рекреационных объектов, предназначенных для спорта и оздоровления. Это прежде всего как раз те места, куда наш народ больше всего и тянет: обзорная площадка с видом на Томь и кемеровское левобережье, земля вокруг поклонного креста, фигуры орла и оранжевой надписи «Кузбасс». Здесь народ и так потоптался изрядно, хуже уже не будет. «И что важно понять нашим властям: инфраструктура бора – это не туалеты и освещение, а грамотная организация пространства при помощи троп и дорожек, чтобы увести потоки отдыхающих от участков жесткой охраны и зон восстановления леса в те места, которые характеризуются повышенной устойчивостью или представляют наименьшую ценность. Посещаемость бора не должна быть бездумной. Не должны все эти тысячи человек хаотично бродить по реликтовому лесу, как это происходит сейчас. А за счет увеличенной парковки мы увеличили приток населения и бесструктурную антропогенную нагрузку на бор. Развитие этой инфраструктуры должно быть направлено не на обеспечение удобства отдыхающих, а на сохранение природного комплекса», – утверждает Андрей Егоров. Высказался на эту тему кемеровчанин, а в прошлом – депутат Горсовета Олег Масленников, душой болеющий за Сосновый бор: «Рудничный бор – это хоть и городской, но все же лес. И первая задача – сделать его максимально безопасным для посетителей. Под каждую сосну полицейского не посадишь, а вот конная полиция, на мой взгляд, не помешала бы. К безопасности надо отнести и обязательную противоклещевую обработку вдоль основных дорожек. Также необходимо сделать несколько точек входа в бор. Это позволит снизить нагрузку на каждую из них и минимизировать вред от большого количества транспорта и людей в одном месте. В этом смысле расширение стоянки до 400 автомашин поблизости от «Журавлика» – непродуманное решение. Одним из основных входов может стать ДК шахтеров. В советское время в ДК был пункт проката лыж, взяв которые, лыжники через подвесной мост шли в основную часть бора и гуляли там в свое удовольствие. Кстати, если в Кемерове есть те, кому надо помолиться именно в бору (это про ту же часовню под св. Варварой, которую власти намерены там поставить), то рядом с ДК церковь архангела Михаила. А еще надо привести в порядок вход в бор со стороны правой гавани, через многоэтажную лестницу. Можно построить экодук – мост для животных, «зверопровод» через дорогу по улице Терешковой. По нему зверье сможет свободно мигрировать из Рудничного бора в Красновский борок. А эту, Красновскую часть бора, необходимо включить в состав особо охраняемой природной территории. И уж совершенно необходимо утвердить программу по уничтожению в бору американского (ясенелистного) клена. Если этого не сделать, то через 20-30 лет бор будет представлять собой заросли этого вреднейшего растения». Действительно, сегодня без помощи человека выжить бору, как ни странно, будет трудно – с одной стороны, на него наступает тайга с ее растительностью, которая мешает самовосстановлению бора. Да и американский клен грозит заполонить все. «Настоящий бор не имеет высокой растительности, – подтверждает Андрей Егоров. – А сегодня мы не можем пройти между деревьями через траву по пояс. Всю эту поросль вместе с кленом необходимо вычищать. Вот такое участие нужно и важно для бора». Что касается высказывания господина Куприянова, то, хочется верить, что он ошибся или погорячился в своем высказывании. А может, просто неверно выразился, как склонны считать некоторые его коллеги. Ну не рассматривать же всерьез версию, что нам сознательно пытаются внушить, что Рудничный бор – это не лес, а парк, который нуждается в реконструкции. Кстати, у слова «реконструкция» есть два смысла: перестройка и воссоздание. И во всех этих свистоплясках вокруг бора о воссоздании речь не идет. Хотя в зависимости от состава лес может восстановить характеристики реликтовости через одно-два поколения деревьев (это об уже вырубленных в бору аллеях). Но это капля в море. Речь власти ведут как раз о том, что бор нуждается в перестройке. То есть во вмешательстве в его структуру и жизнь. Другими словами, в эффективных собственниках. А это уже мы проходили не раз. Задачи по спасению бора перед экологами стоят куда более важные и никак не связанные с архитектурными и скульптурными ансамблями и комфортным отдыхом для горожан с туалетами, фонарями и автостоянками. Здесь экологические и административные стратегии явно расходятся. Но, возможно, обе эти стратегии могут найти себе применение. Экологическая – в многоликом реликтовом сосновом бору, особенно в Рудничной его части, а хозяйствующе-парковая – в расположенном неподалеку искусственном, но столь же сосновом Серебряном бору, давно требующем приложения усилий и реконструкции. А то жители Рудничного района смотрят на него лишь со стороны, не имея возможности комфортно погулять по созданному именно для этого лесопарку. Почему бы хозяйствующим субъектам не развернуть свою активную деятельность там? Или проходимость искусственного Серебряного бора меньше реликтового Рудничного и он менее выгоден, а значит, не интересен? Эпопея по защите Рудничного соснового бора только начинается, вернее, продолжается новым всплеском интереса к освоению территории леса. Нужно сказать, что кемеровчане в своей борьбе за право ЛЕСА оставаться ЛЕСОМ, а не парковой зоной, не одиноки. Совсем недавно аналогичная ситуация сложилась, к примеру, в Тольятти. Там власти тоже решили трансформировать 861 га леса ООПТ в простой лесопарк, понизив статус этого объекта. Ведь чем ниже статус территории, тем проще и масштабнее можно ее «окультурить». Нужно отдать должное тольяттинцам: жители сообща заявили свое единодушное «нет». И лес не стал парком. Как будет в Кузбассе – посмотрим. https://www.mk-kuzbass.ru