Все любят подарки – и музеи тоже. Наш Новокузнецкий художественный не исключение. Тем более такие: на акварелях Татьяны Суховой оживают любимые многими окрестности Чемала. Обожаю подобную живопись – мазки солнца и тени рождают движение и дыхание жизни! Будто всесильною рукою художницы ты сама переносишься в узнаваемый прекрасный мир.

Большинство новокузнечан хоть раз в жизни бродили этими удивительными тропками, где сказочный «Страж» охраняет вход в волшебный «Лабиринт» чемальских камней и сосен. А мне они известны до каждой морщинки-трещинки!

Говорят, что в этих местах, находящихся как раз посередине Евразии, люди жили ещё около 200 тысяч лет до Рождества Христова. А в XVII веке нашей эры здесь был центр Джунгарского ханства. И только после его падения «белые калмыки» – так называли алтайцев русские казаки – перешли в подданные Российской империи.

Впервые я оказалась в Чемале, на берегу сияющей, как прозрачный изумруд, Катуни, в 1998 году. Помню неописуемой красоты степенных алтайских петухов и трогательно ушастых поросят, которые, точно щенки, беспечно носились по деревенским улицам. И как, взявшись за руки с будущим мужем, мы то брели по колено в ледяной воде, то карабкались на еле заметную горную тропинку. Зато какие виды нам открывались!

А какие вокруг летали бабочки! Они садились прямо на голые руки, рукава, волосы, снова взлетали, ползали по яркому разнотравью, носились над бурлящей кудрявыми барашками бледно-голубой рекой.

Мы любовались алтайскими бабочками и цветами, купались и валялись на горячих от солнца камнях, гуляли под головокружительно высокими, вкусно пахнущими соснами. А однажды встретились в сосновом чемальском лабиринте с таинственным незнакомцем.

Длинноволосый мужчина с гитарой шёл по узкому раскачивающемуся мостику на чернеющий в густых сумерках маленький, круглый островок. Там, на Патмосе, по словам местных жителей, долгое время жил святой схимник-молчун – в одной из островных пещерок он и умер.

Затаив дыхание, мы слушали, как странный черноглазый музыкант с помощью гитарных импровизаций общается с древними алтайскими духами. Честное слово, он и сам был похож на призрака – того самого умершего монаха! Мне аж жутко стало.

И вот прошло 25 лет. Раннее утро. Никого. Я спешу по своему любимому утреннему маршруту, пока все, кто сюда «понаехал», не проснулись. Бегом, бегом! Мимо спуска к мостику на враждебно темнеющий, пустой, одинокий Патмос. Быстрее к скачущей по разноцветному Бешпеку Козьей тропе.

… К «моей сосне», в чьих корнях так высоко и уютно болтать ногами. К «моей горе» с головой шамана, уж не знаю, рукотворной или нет. К «моему камню», похожему на дракона из старой-старой алтайской сказки, побеждённому алтайским же богатырём!

И вдруг, будто из-под земли, честное слово, под ноги мне подныривает ласковый маленький пёсик – здешний страж! Косит хитрым карим глазом, зазывно помахивает хвостом: ну что, побежали?!

Он заботливо и осторожно ведёт меня по затейливому узору горной тропки – как иголка нитку. Останавливается и терпеливо ждёт, пока я приветствую «свои» сосны и горы и почти белую, молочную реку, купающуюся в нежности рассветного солнца. Возвращается, внимательно смотрит, снова бежит, точно указывая безопасный путь.

А у самой Чемальской ГЭС, где прозрачно-коричневая Чемалка впадает в молочно-голубую Катунь, клубится, вихрится, шумит, а потом растворяется, мой верный страж исчезает в высокой траве… Будто его и не было!

И знаете что? Я ведь больше так и не видела своего четвероногого попутчика – ни разу за несколько дней, что там была. Других собак – самых разных – пожалуйста! А его так и не встретила. Может, под личиной дружелюбной дворняжки мне явился какой-нибудь местных дух?

Не знаю, не знаю… Но люди, жившие на алтайской земле ещё с неолита, а то и раньше, кто ж это точно знает, тысячелетиями одухотворяли свои реки, горы, деревья, камни.

И когда я гляжу на акварели Татьяны Суховой, созданные ею в 2002 году и получившие красноречивые названия «Страж» и «Лабиринт», я въяве вижу эту удивительную землю, где – я в этом не сомневаюсь – можно в любой момент встретить древних алтайских духов.

Подаренные произведения – не единственные работы художницы, хранящиеся в Новокузнецком художественном музее. В музейной коллекции уже находится маленькое собрание произведений нашей землячки – выполненные в технике «сухая игла» гравюры 1988 года «Февраль» и «Автопортрет», а также батик «Проходя мимо», созданный в 2005 году.

Татьяна Сухова получила художественное образование в Новосибирске и Кемерово. Пишет маслом и акварелью, рисует, расписывает ткань, предпочитая технику холодного батика из-за свободы, которую та даёт. А вот выставляется нечасто – художница посвящает себя семье и педагогической деятельности (она преподаёт живопись и композицию в Новокузнецком колледже искусств).

Спасибо, Татьяна Петровна, за такой волшебный подарок, а Новокузнецкий художественный музей поздравляем с очень симпатичным пополнением!

Инна Ким

Еще
Еще В Кузбассе

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Смотрите так же

Дожди возвращаются в Кузбасс: готовьтесь к грозам

На улице сейчас прекрасная летняя погода. Хочется купить мороженое и отправиться гулять по…