Новокузнецкая драма закрыла сезон шампанским, салютом и весенней премьерой – постановкой Николая Покотыло «12 стульев». А накануне эта же сцена сначала встречала, а спустя два дня провожала Санкт-Петербургский академический театр имени Ленсовета, приехавший в наш город уже с шестыми по счёту Большими гастролями. В этот раз друзья Новокузнецкого драматического театра радовали нас своими премьерами 2024 года – спектаклями Марии Романовой «Ромео и Джульетта» и Анжея Бубеня «Чехов. Хочется жить!».

Главную скрипку в первом играла ленсоветовская молодёжь – оно и логично для очередного (милионного?!) сценического пересказа всемирно известной истории о юной любви. И постановка Марии Романовой была ей под стать: юная, дерзкая. Нет, не дерзостью сценографии – та была, в общем-то, тривиальной. А тем юным драйвом, который сквозил в каждой сцене, где подкалывали друг друга и друг с другом разбирались молодые Монтекки и Капулетти.

… Моё большое станиславское верю!

Что же касается сценографии, то она хоть и не поражала воображение какой-то новизной и оригинальностью, но была довольно приятной и гармоничной. Начнём с того, что художник спектакля Валерия Камольцева не переодела героев полностью: наряду с современными деталями в их костюмах присутствовали элементы средневековых нарядов. А экран на заднике иллюстрировал происходящее на сцене также симбиотическим видеорядом, который соединял поп-арт с изображениями а-ля ренессанс.

По нынешним временам к достоинствам постановки можно смело отнести дословное цитирование шекспировских стихов. Режиссёр позволила себе единственную вольность – убрала сцену у семейного склепа Капулетти, где поспешивший увидеть любимую Ромео убивает Париса, но та, на мой взгляд, не очень-то и важна.

Любопытна режиссёрская трактовка привычных образов леди Капулетти и «жениха» Париса. Первая в исполнении Риммы Саркисян предстаёт деспотичной матерью, к тому же ловящей собственные последние золотые деньки (тем сильнее и страшнее её материнское горе, когда она видит свою девочку бездыханной!). Второй – явный абьюзер, желающий во что бы то ни стало заполучить в полную собственность юную Джульетту.

Довольно интересен образ Чумы (которая, по пожеланию погибающего Меркуцио, должна поразить «оба дома»!) в воплощении Даниила Колотова – он же Хор, Слуга и давший главному герою яд Аптекарь. Его появление на сцене, то предваряющее действие, то его завершающее (персонаж утаскивает лишившуюся чувств Джульетту), сопровождается узнаваемым шорохом крыльев взлетающей стаи (наверняка вороньей). Транслируемое артистом даже пластически рифмуется с воронами и смертью.

Меркуцио в экспрессивном исполнении Ивана Шевченко выше всяких похвал. Вне времени, а потому шекспировской получилась Джульетта (Алиса Рейфер). А вот психоэмоциональный образ Ромео, созданный Сергеем Филиповичем, на мой взгляд, больше похож на нынешнего 20-летку… Но тем он и понятнее для нынешних 20-леток! А вообще постановка Марии Романовой, скорее ориентированная на молодых, оставила после себя очень приятное впечатление.

Совсем другое настроение, атмосферу, послевкусие подарил новокузнечанам спектакль Анжея Бубеня «Чехов. Хочется жить!». Пока он шёл – какие-то чересчур короткие 2,5 часа – лично я каждую минуту переживала острейшее эстетическое наслаждение. Радовало всё, начиная с «картинки», созданной целой плеядой творцов спектакля: художником-постановщиком Полиной Беловой, художником по свету Денисом Солнцевым, видеохудожником Дмитрием Мартыновым.

Стена за спинами артистов (они сидели на стульях, ожидая каждый своего «выхода») была превращена в гигантский экран, на котором под музыку и аранжировки композитора Виталия Истомина разворачивалось великолепное шествие знаковых произведений мировой иконописи и живописи. Репродукции знаменитых полотен Винсента Ван Гога, Эдгара Моне, Иеронима Босха сменялись изображениями дождя на летней даче, другими приятными глазу и сердцу видеозарисовками.

После антракта, когда тональность происходящего на сцене сменилась с забавной на философическую, на стене появилась зияющая щель с развивающимися в неизвестное, подсвеченное пустое пространство белыми лоскутами. Эту красивую тревожащую метафору можно было трактовать как угодно: например, лоскуты намекали на пришедшую в негодность телесную оболочку, соскальзывающую с души во время неминуемого перехода в иной мир через открывшуюся дверь-щель.

А главным удовольствием от спектакля Анжея Бубеня были лежащие в его основе весёлые, серьёзные, светлопечальные рассказы Антона Павловича Чехова в мастерском исполнении артистов-питерцев. Несмотря на свою разность, все играли равнопрекрасно, прямо на глазах у зрителей калейдоскопично и феерично примеряя характеры и судьбы чеховских героев. Было невероятно интересно следить за перевоплощениями заслуженного артиста России Олега Андреева. А как хороша во всех ипостасях была Лаура Пицхелаури! Как точно, чисто, хрустально пела Евгения Евстигнеева! Впрочем, Анастасия Дюкова и Олег Фёдоров, Антон Падерин и Виталий Куликов по-своему им ничуть не уступали.

Благодаря таланту артистов и тонкой работе режиссёра, мозаика отдельных чеховских рассказов в итоге сложилась в цельное полнокровное полотно, рассказывающее о человеческой жизни. И это было сродни наблюдению за тайной жизнью квантов или вселенной. Не удивительно, что после спектакля «Чехов. Хочется жить» внутри осталась какая-то очень хорошая и важная тишина. Браво!

Инна Ким

Фото Дианы Токмаковой