Ровно сто лет назад вышел декрет ВЦИК об образовании в составе Кузнецкого округа Сибирского края Горно-Шорского национального района с центром в Мысках. В старинных шорских деревеньках начали создаваться сельские Советы. Приезжие энтузиасты-учителя ликвидировали безграмотность. Люди мечтали о светлом будущем, которое вот-вот наступит!

И все предпосылки для этого были. Новый Горно-Шорский национальный район занимал внушительную площадь в 29194 квадратных километров. Здесь жили 96700 человек, которым принадлежали 53000 гектаров пахотной земли, 21000 гектаров пастбищ, 4000 гектаров лугов и сенокосов.

Правда, местные жители нередко косили и на болотах, утопая в воде. В Горной Шории вообще всегда была острая нехватка свободных земель. Такой уж это был тогда край – сплошное зелёное море тайги. К слову, до Столыпинской аграрной реформы 1906-1913 годов население этих мест практически полностью состояло из шорцев, а селиться здесь русским было запрещено. Ведь на шорских землях, являвшихся собственностью Кабинета Его Величества, добывались золото, серебро, медь, из которых государство чеканило деньги.

Всё круто поменялось, когда край был советизирован. В шорских посёлках строили начальные школы, а подросших детей забирали в интернаты, где они воспитывались и учились вдалеке от семьи. Зато у них появилась возможность получить образование, недоступное для «инородцев», как называли шорцев в Российской империи.

В конце 1930-х годов в Горно-Шорском национальном районе был образован Шорлаг. И в тайгу – вслед за зэками – пришли магазины и электричество от дизельных генераторов. Когда тайга вырубалась, а с ней погибал зверь, – зоны перемещались на другое место. И жизнь в посёлках умирала. Больше не было благ цивилизации – электричества, магазинов. Но и вернуться к традиционному промыслу – охоте – было уже невозможно.

А в1939 году Указом Президиума Верховного Совета РСФСР было закреплено решение Новосибирского облисполкома о ликвидации всех без исключения национальных районов, в том числе и Горно-Шорского. Но стать округом – как другие! – у него не получилось, потому что он уже входил в состав Кузнецкого округа – нынешнюю Кемеровскую область. И шорский народ остался без этнических прав: более полувека язык шорцев искусственно оставался бесписьменным, а в поселковых начальных школах изучали исключительно русский язык.

Дети из поколения в поколение росли в интернатах. Оказавшись вырванными из языковой среды, они быстро ассимилировались. В общем, этнос в целом стремительно вымирал. Дальше – больше! Вблизи мест обитания шорцев стали добывать уголь. Шахтёрский Междуреченск поглотил шесть шорских сёл, Мыски – более десяти. К началу 1990-х ситуация была катастрофическая. Но начались перемены, и многие шорцы надеялись на возрождение своего народа, переживали большое воодушевление, мечтали об автономии.

В Новокузнецке при государственном педагогическом институте была открыта единственная в мире кафедра шорского языка и литературы. На шорском языке был издан целый ряд учебников, словарей, хрестоматий, учебных пособий для школ и вузов. Новокузнецк поддерживал тесные связи с Институтом языков народов России МО РАН, Объединенным институтом истории, филологии и философии СО РАН, многими российскими университетами и научно-исследовательскими институтами. При Московском институте национальных проблем образования была создана Лаборатория национального образования шорцев.

Сотрудники кафедры совершали экспедиции в районы проживания шорцев для сбора лингвистического и фольклорного материала, участвовали в научно-практических конференциях, организованных по всей стране. Выпускники кафедры возвращались в родные деревни, преподавали в школах. В те же годы выходилишорский информационный бюллетень, шорский литературный журнал и даже шорская детская газета, а также многочисленныесборники произведений шорских поэтов и прозаиков, написанные на родном языке. В Таштагольском районе вещало шорское телевидение, проводились курсы шорского языка для взрослых.

И всё сошло на нет. Коренной народ Горной Шории так и не сумел получить автономию. И не удивительно. Тогдашнее руководство Кузбасса восприняло требование шорцев как угрозу единству Кемеровской области и попытку её расколоть. Разумеется, позволить такое было просто невозможно. А сами шорцы не сумели настоять на своём. Они оказались слишком слабы и разобщены.

В 2010 году кафедру шорского языка и литературы ликвидировали. Попытка спасти этнос от вымирания провалилась. По современным образовательным стандартам изучение шорского языка в России не предусмотрено. Да и негде его изучать. Даже старые начальные школы в деревнях закрыты. Сегодня на родном языке говорят только старики.

Инга Видалова