Никто не заставит пассажиров вынимать телефоны и ноутбуки из багажа перед полетом из-за того, что там есть аккумулятор. И с провозом жидкостей в некоторых аэропортах правила станут не такими жесткими. В апреле начал действовать запрет Международной организации гражданской авиации (ИКАО) на провоз аккумуляторов в багаже. Каких именно аккумуляторов это касается, каким аэропортам разрешили снять ограничения на провоз жидкостей, а также о новых технологиях безопасности, рассказал на "горячей линии" с читателями "Российской газеты" заместитель руководителя Федеральной службы по надзору в сфере транспорта (Ространснадзора) Владимир Черток. Владимир Борисович, почему ввели запрет на аккумуляторы? Владимир Черток: Была большая проблема у одной авиакомпании, когда во время полета загорелись перевозимые в багажном отсеке аккумуляторы. И это был не единичный случай. Но сейчас аккумуляторы в телефонах, ноутбуках и планшетах стали делать с учетом прошлых ошибок. Так можно телефоны и компьютеры сдавать в багаж? Владимир Черток: Пока никаких ограничений в перевозке портативных средств нет. Серьезные проблемы были связаны с перевозкой больших литиевых аккумуляторов - автомобильных, авиационных и других. Поэтому ограничения введены ИКАО на перевозку литиевых аккумуляторов в качестве груза на пассажирских воздушных судах, а также введены дополнительные требования при перевозке их в качестве груза на грузовых воздушных судах. Но запрет не относится к литиевым аккумуляторам, содержащимся в оборудовании, перевозимом пассажирами или экипажем. Если ваши электронные устройства окажутся в багаже, то главное, чтобы они были отключены. Если же вы их решили взять в ручную кладь, тогда на предполетном досмотре их стоит оставить включенными, так сотрудники авиабезопасности смогут проверить их исправность.

Не шутите с коньяком

Не так давно говорили, что вроде отменят ограничение на пронос на борт самолета жидкостей, что не будет жестких ограничений. Владимир Черток: Буквально две недели назад в ИКАО было заседание экспертов, я на нем присутствовал. Приняли решение, что те аэропорты, у которых есть средства контроля опасности жидкостей в ручной клади, могут снять ограничения по ее объему при проносе на борт. Неужели есть устройства, которые позволяют определить, что за жидкость? Владимир Черток: Есть уникальное устройство, уже сертифицированное в России, даже бутылку не надо открывать. Прислоняют к ней с наружной стороны и определяют, что там жидкость не взрыво- и не пожароопасная. А коньяк можно будет пронести? Это особенная радость. Когда страшно летать, коньячку примешь, на душе полегче. Владимир Черток: Вот здесь я бы хотел вас попросить быть более осторожными. Я объясню, почему. Потому что та рюмочка, которую вы пьете на земле, в полете превратится в три или четыре по эффекту воздействия. На высоте есть гипоксия. То есть когда самолет набирает высоту, это практически как будто вы взбираетесь на гору километра два высотой. Может быть, чуть-чуть выше. Вот когда по ушам давит, наверное, вы это ощущаете, это как раз идет изменение давления в кабине. И фактически считайте, что вы забрались на гору в два километра, и там выпили эту рюмочку. Наверное, воздействие другое будет, да? Вы обратите на это внимание. Нужно или дозу резко снизить, или лучше воздержаться. А, в принципе, я вам могу сказать, что вы не бойтесь, потому что по всем международным данным авиация - самый безопасный вид транспорта.

Шнурки оставьте себе

А когда девушек перестанут просить снимать босоножки на платформе? Владимир Черток: Да, уже есть разработанные технические средства, которые позволяют определить, нет ли вложений в обуви. Вы, наверное, обратили внимание, что сейчас не всю обувь заставляют снимать, ту, что на тонкой подошве, можно оставить во время предполетного досмотра. Вопрос в оснащении аэропортов специальной техникой. Например, во время Олимпиады в Сочи уже использовалось такое российское оборудование типа "Ратиопластина". Ситуация сейчас такова, что террористическая угроза в отношении воздушных перевозок может усиливаться. Нужно ли ждать от ИКАО новых мер, например, шнурки доставать из ботинок, что-нибудь еще? Владимир Черток: Я полагаю, что в отношении пассажиров, скорее всего, ничего нового не будет. В чем основная идея? Мы всегда стараемся придерживаться определенного баланса. С одной стороны, ужесточение мер безопасности, так как возникают новые угрозы, а с другой стороны, это упрощение процедур для пассажиров, чтобы им тоже было удобно. Поэтому в ИКАО есть два приложения, фактически два стандарта. 17-е приложение - это безопасность, защита от актов незаконного вмешательства. И 9-е приложение - упрощение формальностей. И в этом плане ИКАО все время работает. Что можно сказать с точки зрения упрощения формальностей? Здесь несколько направлений. Одно - чисто техническое: вводятся новые средства, с их помощью мы пытаемся упростить жизнь пассажирам. Например, электронные паспорта: уже в целом ряде стран введены технологии, когда человек не проходит пограничный досмотр, он прикладывает паспорт и, к примеру, палец для идентификации. Дальше пассажир проходит через систему автоматических устройств, там людей нет. В каких аэропортах это есть? Владимир Черток: Например, в Сингапуре, у них там уже выстроена эта система. Но у пассажира есть выбор, что предъявлять для идентификации: отпечаток пальца и паспорт или проходить через кабину пограничного контроля. Что касается шнурков. Современные технические средства позволяют не снимать одежду, чтобы убедиться, что пассажир под ней ничего не прячет. Его просканировали, и он пошел дальше. Сейчас для этого используют новое устройство уже не на рентгеновских волнах, а на миллиметровых. Они безопасны, нет ограничений по проходу. Есть средства, которые позволяют сканировать и распознавать опасные предметы и вещества. Появились и так называемые технические стенки, когда пассажир идет вдоль определенной панели и сканируется все, что он с собой несет: багаж, ручная кладь, и все, что на нем надето. В конце концов, я думаю, мы придем к технологии, когда пассажир вообще систему безопасности в аэропорту видеть не будет. Он просто зарегистрируется на рейс, сдаст багаж и не будет проходить никаких видимых проверок. А система безопасности будет работать незаметно для него, независимо.

Профайлинг - наша защита

Как ИКАО проверяет выполнение своих требований? Владимир Черток: В ИКАО есть две универсальные программы по контролю за обеспечением безопасности полетов и авиационной безопасности. Аудиторы ИКАО проверяют всех участников организации - 191 государство. Раз в 4-5 лет. Россию проверяли в конце 2015 года. Есть рекомендации, мы будем их реализовывать. Но вместе с тем по итогам проверки безопасности полетов мы находимся на седьмой позиции, то есть - одно из лучших государств по безопасности полетов регулярной коммерческой авиации. А когда в Египет полетим? Владимир Черток: Это вопрос не очень близкой перспективы. Есть предложения со стороны России и других стран по усилению мер безопасности на территории египетских аэропортов. Они проводят определенные мероприятия по техническим средствам, по подготовке персонала. Когда будут готовы, они нас проинформируют. И тогда очередная команда наших экспертов еще раз проинспектирует, как там обстоит дело. Если увидим, что меры безопасности достаточно эффективны и приемлемы, тогда будет принято высшим руководством страны решение о возобновлении полетов. Естественно, никто рисковать жизнью и здоровьем российских граждан не будет. Может, есть еще страны, где уровень безопасности низкий, как в Египте. Стоит туда летать? Владимир Черток: Если по стране нет никаких ограничений или рекомендаций со стороны МИДа, то вы можете смело туда лететь. А как определить, что человек намерен сделать что-то плохое на борту самолета? Владимир Черток: Сейчас большое внимание уделяется так называемому профайлингу. Это контроль психологического состояния пассажира на предмет его потенциальной опасности. Он применяется везде, не только в авиации, но и на других видах транспорта. Например, человек, который вас регистрирует, задав несколько вопросов, понимает, насколько вы адекватны. Ведь чтобы сорвать полет, не обязательно иметь что-то запрещенное. Еще есть специальный циркуляр ИКАО, наверное, ему уже лет пятнадцать, об обмене данными о пассажирах. И правоохранительные органы государств вправе проконтролировать, что это за люди, может быть, они из экстремистских организаций. И принять профилактические меры. В Израиле специально обученный человек может подойти и вытянуть тебя из толпы, начать задавать вопросы. Например: к кому приехали? Где будете жить? Владимир Черток: Они и у нас в аэропортах есть. Это профайлеры. Сейчас этому учится весь персонал. По некоторым признакам можно определить зомбированность человека. Может быть, он смертник? Бывает, что профайлер проверяет и другое. Допустим, пассажир выезжал из гостиницы, кто-то помогал ему сдавать багаж. Или кто-то попросил перевезти коробочку с лекарством. Или он свои вещи выставил в коридор. Кстати, процедура профайлинга проводится не только в отношении обычных, но и VIP-пассажиров. Они порой представляют больший интерес для экстремистских организаций.

В самолете - бомба!

Есть еще одна очень интересная тема - ложные звонки. Владимир Черток: Да. Заведомо ложные звонки. Теперь в Уголовный кодекс внесено изменение, и ответственность наступает с 14 лет за ложные звонки. Наказание за это теперь до двух лет тюрьмы. И таких осужденных уже несколько человек по стране. Среди них есть и влюбленные. Я думаю, что СМИ должны объяснять населению, что это не шутки. Недавно была правительственная комиссия по линии МВД, и там обсуждался в том числе вопрос транспортной безопасности. Мы говорили, что нужно шире привлекать СМИ для объяснения гражданам, чтобы они помогали своим родным, близким, друзьям не попасть в эту ситуацию. Потому что бывает в компании: выпили, один решил позвонить. Все же это видят. Редко - он сам по себе такой умный куда-то звонит. Обычно это в веселой компании происходит. И как определить, кто звонил? Владимир Черток: Технические современные средства позволяют этого человека совершенно четко идентифицировать. Вы знаете: голос - это как отпечаток пальца. Он совершенно уникальный у каждого человека. Как бы он его ни скрывал, через тряпочку говорил, все что угодно придумывал, пищал детским голосом. У нас сейчас везде стоят средства записи. Записали ложный вызов, звонившего найдут, и он будет нести серьезную ответственность. А шуток в этом нет, ведь что такое позвонить в аэропорт или на вокзал и сказать, что там заложено взрывное устройство? Это значит, что надо эвакуировать людей. А там маленькие дети, инвалиды, больные. Кто-то летит на свадьбу, у кого-то кто-то умер. Есть случаи, когда люди попадали в больницу. Сердечный приступ из-за стресса.

Экипаж имеет право связать хулигана

Владимир Борисович, а как выявить потенциального дебошира? Владимир Черток: За 4-5 лет количество неадекватных пассажиров в мире выросло в 20 раз. Никто не ожидал такой статистики. В принципе проблема есть. Бывают тяжелые ситуации, когда экипаж вынужден совершать вынужденную посадку, какие-то специальные действия для обеспечения безопасности полетов. В ИКАО были приняты меры. Прошла большая дипломатическая конференция, на которой были изменены подходы к наказанию за "плохое поведение" на борту. Во-первых, это обозначили как преступление. Во-вторых, договорились гармонизировать санкции государств к этим людям. И самое главное, сейчас будут вводиться в стандарты ИКАО новые позиции, связанные с работой экипажа. У него появятся новые полномочия? Владимир Черток: Раньше у всех было записано, что неадекватный пассажир обязан выполнять требования командира воздушного судна. Что это значит? Командир должен бросить штурвал, пойти в салон, сказать ему: слушай, перестань дебоширить, после чего бузотер может начать драться и с командиром. А кто будет сажать воздушное судно? Теперь договорились, что любой член экипажа может дать эту команду. И неисполнение ее считается невыполнением требований экипажа (командира) на борту воздушного судна. Если же человек представляет угрозу для воздушного судна, экипаж имеет право принять любые меры. В первую очередь, обездвижить пассажира, связав его. А если у пассажира синяки появятся? Владимир Черток: Если на борту возникли какие-то ситуации, связанные с тем, что экипаж вынужден применить силу, то прописана позиция, что он не несет ответственности за повреждения, нанесенные пассажиру. Тема немного специфичная, двусторонняя, конечно, но в принципе правильная. Это направлено и на защиту экипажа, потому что, к сожалению, были случаи, когда потом этот же буян судился, жаловался в суде, что члены экипажа ему связывали руки, у него синяки и чуть ли не какие-то средства ему должны выплатить. А вы понимаете, сколько стоит вынужденная посадка воздушного судна? Несколько миллионов рублей. Надо обо всем этом предупреждать пассажиров! Владимир Черток: Если пассажиры откроют "Правила поведения на борту воздушного судна", у нас такие же правила есть на метрополитене, на железной дороге, везде все это расписано. Что нельзя употреблять алкогольные напитки, нельзя приставать к экипажу, водителю, машинисту и так далее. А общая позиция простая: не нарушайте правила. Ознакомьтесь с инструкцией по безопасности, которая находится у вас перед креслом. В ней фрагментарно написаны правила, как себя вести. В том числе и как размять ноги, чтобы не затекли, много других полезных советов, в том числе и правила поведения на борту. Мы договорились, чтобы в эти материалы внесли и информацию об ответственности за нарушение правил. Если вы это правило нарушили, то получите два года тюрьмы. А вот за это правило, будет пятнадцать суток ареста. То есть всё предусмотрено или Кодексом об административных правонарушениях, или уголовным законодательством. Когда просто написано: нельзя чего-то делать на борту, пассажиры не понимают, что за этим следует. А будут знать, тогда все задумаются. https://rg.ru