Информационная война всегда переходит в горячую – с разрушениями и жертвами, оккупацией и сменой режима. События на Украине были предсказаны, когда майданом и не пахло, но оранжевые технологии работали вовсю. Информационная война начинается не вдруг – не с вопиющей клеветы в адрес лидеров государств с экранов западных телеканалов. Она начинается с вражеских голосов, десятки лет свободно и ненавязчиво звучащих из каждой радиоточки. И когда под их бормотание вырастает целое поколение, не знающее, что произошло в Хатыни и Волыни, каким на самом деле был голодомор и на чьей стороне воевали националисты во время Великой Отечественной – вот тогда информационная война переходит в горячую фазу, в путч, переворот, майдан. И выиграть в информвойне без объединяющей все население идеи невозможно, считают эксперты. Эта идея не может быть национальной, не может быть религиозной, ибо по национальному и религиозному признаку такое государство как Россия можно только расчленить, а не объединить. Мы проигрываем в информационной войне, несмотря на то, что наша новейшая военная техника уже обеспечила России, по мнению многих экспертов, устойчивые позиции в самой горячей на сегодня точке мира – в Сирии, где решается судьба Ближнего Востока. Но пока наши летчики и ракетчики сдерживают внешнюю угрозу на дальних подступах, где-то глубоко в тылу уже тикают таймеры мин замедленного действия, запущенные еще в начале 90-х. И как бы громко мы все ни клялись друг другу в любви к Родине, их тиканье не смолкает: рубль падает, безработица и социальное расслоение растут, зависимость от международных цен на сырье и импортных технологий душит экономику, экстремизм не теряет популярность в молодежной среде. Подобного нехитрого набора ингредиентов хватило для распада Югославии, победы «арабской весны» и киевского майдана, в результате чего в целом ряде стран мира воцарился хаос. Технологии этой «оранжевой стряпни» обсудили в четверг в Москве эксперты в рамках проекта «Антимайдан-аналитика», рассказав журналистам и любознательной общественности, почему Россия уязвима перед майданными технологиями.

Война: от холодной до горячей

«Сегодня любая информационная война заканчивается реальной войной, — сказал сопредседатель движения «Антимайдан», член Совета Федерации Дмитрий Саблин. «Мы знаем, что бескровные перевороты на Украине и в Грузии вернулись затем в обратную сторону. Но, начиная с 2010 года, те же самые революции происходят с большой кровью: Ливия, Тунис, Египет, Сирия, снова Украина – однотипные государственные перевороты, по идентичным технологиям. В январе 2014 года я разговаривал с президентом Сирии, он рассказывал мне, что будет происходить на Украине. Я возражал ему, будучи уверен, что такие технологии на Украине работать не могут. Но дальнейшие события развивались точно по ним». Эксперт отметил, что как бы честно ни работали СМИ, они не могут донести всей полноты картины. Во время своих поездок в Сирию сенатор понял, что война в этой стране совсем не такая, какой мы ее себе представляем — гражданской войны, по его мнению, там нет. «Сирийцы всегда говорили: против нас воюют Турция и Катар. Об участии турок в этом конфликте у нас начали говорить, когда они сбили наш самолет, – рассказал Саблин. — Конфликт в Сирии начался с беженцев: на 20 миллионов населения обрушилось два миллиона беженцев из Ирака. Выросли организованная преступность, контрабанда, проституция. Те, кто вышел на площади против президента Сирии Асада на начальном этапе, не были сирийцами, это были беженцы из Ирака». По мнению эксперта, сирийские паспорта сегодня могут быть у кого угодно: паспортные столы в разоренных сирийских городах стали таким же достоянием экстремистов, как сокровища Пальмиры и нефтяные месторождения. С этими паспортами они направляются в Европу, неся угрозу, от которой невозможно отгородиться паспортным контролем. Саблин считает, что этот мутный поток беженцев спровоцирован американскими спецслужбами не просто так: им и в Европе удалось устроить хаос. Те же цели преследовались и в случае с Украиной, тяжелыми бомбардировками Донецка и Луганска: добиться массового наплыва беженцев в Россию, чтобы дестабилизировать принимающую сторону. «Американцы ошибочно полагали, что создав аналогичный поток беженцев к нам с Украины, с Донбасса, они создадут у нас те же проблемы, — отметил Дмитрий Саблин. — Но они растворились среди нас, потому что мы ничем не отличаемся друг от друга – они такие же русские».

Либеральная оппозиция – это оппозиция стране, а не режиму

Сегодня для многих уже не секрет, по каким фронтам ведется наступление в развязанной против России информационной войне – это разжигание межнациональной и межрелигиозной розни, поддержка сепаратизма на Урале, в Сибири, на Северном Кавказе, Дальнем Востоке, в Татарстане и Поволжье, дискредитация органов власти, и особенно лично президента страны, ревизия истории, пропаганда либеральных и западных ценностей, создание образа тиранической и агрессивной России в глазах западной аудитории. С этих позиций западными и прозападными СМИ освещается любое крупное событие, будь то киевский переворот в феврале 2014 года, референдум и присоединение Крыма к России, война в Донбассе или крушение Boeing на востоке Украины. И в этом процессе российская «пятая колонна» действует синхронно с внешними силами. «Отличительная особенность таких людей – они всегда выступают не на стороне своего государства. Поэтому, на мой взгляд, их правильнее называть противниками государства, а никак не оппозицией власти», – считает сопредседатель движения «Антимайдан» историк и публицист Николай Стариков. В то же время, несистемщики оказались в сложной ситуации в России, считает он: осудив воссоединение России и Крыма, а также сопротивление русского мира в Донбассе, они пошли против российского большинства и растеряли былую поддержку в массах. «Но любая ситуация будет использоваться этой «пятой колонной» для перезагрузки своего влияния в России, чтобы вернуть себе симпатии избирателей. Раз не получилось это сделать на почве украинских событий, значит, попытаются сыграть на сирийских: через нагнетание истерии», – считает он. Борьба ведется с помощью нескольких тезисов: неизбежность поражения в сирийской войне, втягивание туда, как когда-то в Афганистан, ожидание военных неудач и больших напрасных жертв – то же, как в Афганистане: «черные тюльпаны», цинковые гробы. Ну, и активизация террористического подполья внутри самой России — теракты. Любое недовольство населения действиями (или бездействием) властей, пусть самое локальное, как снос ларьков или платные парковки, должно стать площадкой для формирования новых лидеров общественного мнения, на которых сможет опереться Запад «на заключительном этапе» смены режима.

Информационная война: обороняться или наступать?

В августе 2008 года, когда российская 58-я армия принуждала грузин к миру в Южной Осетии, телеканалу Russia Today исполнилось только два года. Наше поражение в той информационной войне объяснялось слабыми позициями России в иновещании. Постфактум наши СМИ разоблачили огромное количество фейков и откровенных подлогов в иностранных СМИ – но в основном для внутренней аудитории. На международном системном уровне мы оказались беспомощны перед самым примитивным враньем. И вот теперь, спустя десять лет, даже американская элита признает влияние «российской пропаганды» на международном уровне, в связи с чем госаппарат США вынужден наращивать бюджет для контрпропаганды. Но нас слышат не потому, что мы умело ведем «настоящее информационное наступление на Европу, Ближний Восток и Латинскую Америку», как заявил недавно американский конгрессмен Эдвард Ройс, а потому, что у зарубежной аудитории есть запрос на альтернативные источники информации. В противном случае властям недружественных нам государств ничего не стоит заблокировать наше вещание. Да так и делается, например, на Украине. Поэтому «наступление» на чужое медиапространство априори обречено на поражение. Куда важнее грамотно держать оборону, считает известный российский журналист, руководитель проекта «Агитация и пропаганда» на канале «Россия 24» Константин Семин. «Я не согласен, что RT сегодня показывает пример эффективного в противоборстве информационной агрессии на внешних площадках. В советское время контрпропаганда на внешних направлениях была налажена в разы эффективнее, чем сегодня. Но мне кажется, это и не столь актуально – говорить, как мы можем сопротивляться давлению извне, потому что, сколько бы правды мы ни рассказали американскому гражданину у него дома, это никак не изменит намерений американского истеблишмента и военной машины в отношении нас. Главное – что происходит внутри нашего общества. Глубоко безразлично, что думают о нас немцы, американцы, французы или кто-то еще. Нам важно, что будем думать мы сами. И не появятся ли у нас такие «сербы», которые завтра скажут: бомбите нас больше», – считает Семин. По мнению журналиста, любая война – это война мировоззрений. «Не противопоставив фашистскому мировоззрению свое собственное мировоззрение, Советский Союз в 1945 году победы не одержал бы, — уверен он. — Сегодня наше мировоззрение очень слабо отличается от мировоззрений, нас атакующих. Фактически, мы пытаемся противопоставить американскому образу жизни – американский же образ жизни на российский манер. И в экономике, и в идеологии, и в воспитании следующих поколений. Это приведет нас к плачевным результатам». Наше общественное сознание – это проекция экономических отношений, напомнил Семин известный марксистский тезис. «Главная опасность исходит не от каких-то субтильных бородатых юношей, пишущих в блоге, главная угроза исходит от тех, чьи интересы они выражают – от выгодоприобретателей развала советской экономической системы, то есть от нашей олигархии. Без изменения фундаментальных основ нашего экономического уклада мы проиграем войну мировоззрений, потому что без этого изменения в массовом сознании невозможны», – утверждает он. Семин считает, что без экономических противоречий внутри украинской элиты майдан был бы невозможен: «Майдан – это не бунт разъяренных граждан, майдан – это бунт олигархов против олигархов».

Экономика и идеология: базис и надстройка

И в Ливии и в Сирии до начала последних событий были устойчивые, стабильные экономики, а Ливия славилась высоким уровнем социальной поддержки. Но экономическая стабильность не стала панацеей от «оранжевых технологий», разрушивших эти государства – напомнил Дмитрий Саблин. «Все-таки наше главное богатство – это традиционные ценности, которые мы накопили за тысячелетие нашей истории. Но излишняя консервативность тоже вредит, мешает двигаться вперед. Чтобы общество было устойчиво к внешним вызовам, 60% компонентов должны быть жестко структурированы, подконтрольны государству, а 40% должны быть в свободном движении», – считает сенатор. Санация всех СМИ и государственных в первую очередь необходима, так как они достались нам, как и экономика, в наследство от 90-х, считает журналист Константин Семин. То же касается и образования, ведь когда на центральные телеканалы приходят работать люди, обученные вроде бы в государственных вузах, но в головах у них ценности противоположные государственным, бороться с «пятой колонной» в государственных СМИ просто бесполезно. «Я тоже был в Сирии и считаю, что та драма, которая разворачивается там, во многом спровоцирована излишне либеральным курсом правительства, как в экономике, так и в пропагандистской сфере, который предшествовал началу конфликта. До войны Сирия была очень либеральной страной, которая ждала иностранных инвестиций, привлекала крупные зарубежные компании, там было много хипстеров, свободно мыслящих людей», – напомнил он. Ломать нашу страну пытаются, продолжая играть на национальном факторе. Но питательной средой для нее всегда была и будет социальная несправедливость, заставляющая одни народы смотреть на другие и думать, кто кого объел, считает политик. «Сейчас мы вступаем в такую эпоху, когда все противоречия, которые имеются в нашем обществе, будут максимально использоваться против нас внешними силами, которые будут активизировать те конфликты, о которых мы даже не подозреваем, — считает Семин. — Я видел, как это происходило в Югославии, как сконструированный конфликт перешел в войну». Бесконечному выяснению этно-физиологических преимуществ между враждующими сторонами можно противопоставить лишь объединяющую культурно-идеологическую идентификацию, считает журналист. «В отсутствие такой идеологии мы совершенно беззащитны перед теми силами, которые будут сталкивать нас по национальному признаку. Но эта идеология не может быть основана на идее этноса, крови, это должна быть идеология справедливости, дружбы народов. Такая идеология была у нас еще недавно, когда русский с татарином учились в одном классе и не делили друг друга на русских и татар. Если мы на государственном уровне занимаемся тем же, чем сегодня развлекаются украинские экстремисты, разрушая памятники Ленину и переименовывая города, мы рано или поздно окажемся в аналогичной ситуации – начнем друг в друга стрелять по национальному признаку», – предостерегает Семин. https://riafan.ru/