Когда в 1917 году известного доменщика Курако пригласили проектировать и строить металлургический завод в Кузбассе, по замыслу самый крупный в стране, Михаил Константинович, конечно же, очень обрадовался. Ведь он сможет воплотить свою давнюю мечту, создав первый в стране доменный цех с полной механизацией, без каталей, чугунщиков и прочих квалификаций «тёмных веков» металлургии! Во время этой работы, на которую ему оставалось только три года жизни, он квартировал в Томске, но постоянно наезжал в Кузбасс и в Кузнецк. В очередной командировке Михаил Курако заболел сыпным тифом и умер в нашем городе в возрасте 48 лет – ещё совсем молодой, полный сил и идей. 75 лет назад 5 июня 1947 года его прах был захоронен на Верхней Колонии.

Это необычное, почти мистическое место (лично у меня от него мороз по коже!). Чтобы туда попасть, надо пересечь тоннель под меткомбинатом. Там – по адресу: Новокузнецк, Центральный район, Верхняя Колония, Сад металлургов, Пантеон кузнецких металлургов – спят вечным сном 28 человек. Получается, как знаменитый некрополь у Кремлёвской стены! Это отсюда начинался наш город, новый Кузнецк – Новокузнецк.

Легендарный пантеон великих металлургов – памятник истории федерального значения! Он появился у нас в городе сразу после Великой Отечественной войны на месте рабочего посёлка, оказавшегося в зоне задымления первой домны, запущенной в 1931 году. Это три одиночных могилы и одна братская. Первая из них принадлежит великому мастеру доменного дела Михаилу Константиновичу Курако. Вторая – его соратнику и ученику, ветерану сибирской металлургии и строителю КМК Григорию Ефимовичу Казарновскому, похороненному рядом с другом и учителем в 1955 году. А в 1961-м здесь появилась могила ещё одного знаменитого металлурга – Антона Дементьевича Лаушкина.

Только самым первым здешним захоронением – ещё без громкого названия и регалий – была братская могила на 24 человека. Говорят, они погибли 27 сентября 1931 года при строительстве силосных башен коксового цеха. По другой версии, рабочие стали жертвами взрыва на домне, в результате которого были унесены жизни практически всей тогдашней смены. В память о них была возведена большая стела, а уже десятилетия спустя здесь похоронили и знаменитого Курако. По сути, именно это он и завещал – лежать в земле, на которой стоит его детище!

Михаил Константинович, и правда, был великим металлургом. Он сумел принципиально усовершенствовать конструкцию доменной печи и технологию доменного процесса. Он впервые в России ввёл кладку только из четырёх стандартных марок фасонного огнеупорного кирпича, а за счёт этого капитальный ремонт печей сократился с двух месяцев вдвое. Он разработал оригинальную конструкцию горна. И куракинские кладка и горн применяются до сих пор практически без изменений!

А ещё он создал школу доменщиков, которую называли куракинской академией. Многие его ученики вышли в крупные инженеры, профессора и академики. Со многими его связывала крепкая дружба. Это Курако переманил в Кузбасс Ивана Павловича Бардина, который был главным инженером Кузнецкстроя и «достроил» металлургический комбинат, спроектированный его учителем и другом.

Правда, изначально главный доменщик страны приехал к нам, чтобы строить – нет, не КМК, а ШМК, так как под комбинат была запланирована совсем другая площадка под названием Шуштеп, которая находится в районе нынешнего посёлка Шушталепа. Когда Курако тяжело заболел сыпным тифом, он завещал похоронить его именно на этой площадке, ставшей для него воплощением мечты и горячего дела всей его жизни. Волю покойного, конечно, исполнили.

Да только меткомбинат в итоге был построен не в Шуштепе, а в Кузнецке! Вот и решили прах великого человека, сыгравшего большую роль в истории нашего города, перезахоронить в специально отведённой могиле на Верхней Колонии. К слову, первое захоронение Михаила Константиновича тогда пришлось поискать – всё-таки умер он в очень горячем 1920-м!

Только не один Михаил Константинович оставил такое необычное завещание – быть похороненным не рядом с родными, а рядом со своим делом. В 1933 году, почувствовав приближающуюся смерть, серьёзно заболевший землекоп Заев завещал своим товарищам замуровать его тело на строительной площадке подземного тоннеля – он мечтал «даже после смерти ощущать всю огромную мощь КМК».

Когда неимоверными, героическими усилиями съехавшихся со всей молодой советской республики кузнецкстроевцев наконец-то заработал КМК, по его территории постоянно курсировали паровозы, везде стояли вагоны, а сам посёлок, где после своих стахановских смен отсыпались рабочие, оказался в изоляции. Чтобы связать его с городом, в 1931 году было решено строить подземный тоннель. Посередине этого весьма примечательного тоннеля, примерно на 345-м шагу, прямо напротив выезда к цехам, висит скромная табличка, на которой написано: «Здесь погребён прах кузнецкстроевца А.М. Заева, производителя работ по строительству верхнего участка туннеля. Июль 1933 г.».

Вот так необычно, в духе времени, обыкновенный землекоп, один из тысяч таких же, навсегда остался частью металлургического гиганта, который он строил, пока ещё мог. А память великого доменщика, по проекту которого был построен КМК, осталась в названии одного из центральных проспектов нашего Новокузнецка. Здесь, на доме №12 проспекта Курако, висит его мемориальная табличка.

Инга Видалова

NK-TV.COM

Еще
Еще В Новокузнецке

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Смотрите так же

Одна рука не ведает, что делает другая

Рассогласованность при реализации программ, направленных на улучшение жизни в городе, прив…