Сегодня день рождения Веры Соломиной – 105-я годовщина. В советское время её «проходили» на школьных «классных часах». Еë именем называли пионерские отряды и дружины. Тогда говорили: «Никто не забыт, ничто не забыто». А теперь?!
Рождённые в СССР ещё смущённо морщат лоб – попыткою вспомнить. А в глазах остальных – невинно-пустые небеса. И правда, кто такая Вера Соломина? А! Кажется, улица в Куйбышевском районе!
… Она училась, работала, жила в городе, где мы с вами учимся, работаем, живём. Отсюда ушла на фронт – сестрой милосердия. Сюда приехала «агитировать» добровольцев, когда после ранения ей дали краткосрочный отпуск. Здесь её мама провожала тоскливыми глазами почтальоншу, беспомощно, отчаянно надеясь: а вдруг… письмо?! Хотя уже знала, что «Верунька» погибла – фронтовой товарищ дочки написал.
Конечно, мама плакала, наверное, даже выла – тихо, в подушку, чтобы не испугать внучку Нину. Конечно, гордилась – в 1942-м сержанта медицинской службы Веру Соломину, которая вынесла из свистящего пулями и воющего разрывающимися снарядами пекла 42 раненых бойца и командира, представили к Ордену Красной Звезды, а наградили Орденом Красного Знамени… В первые годы войны такие награды не то что сержантам – даже младшим командирам сухопутных войск очень редко давали.
Вера родилась 30 октября 1916 года в деревне Соломинская– это в средней полосе России. А в 1920-х годах вся семья уже жила в кузбасской Юрге. Может, и раскулачили. На советских «классных часах» такое не говорили (зачем «марать» образ героя Великой Отечественной войны?!). Вера выучилась на слесаря-паровозника в фабрично-заводском училище в Топках, и родное ФЗУ направило её в локомотивное депо Сталинска – так с 1932-го по 1961-й год назывался наш Новокузнецк.
Умер отец, и 18-летняя Вера перевезла к себе маму и племянницу-сироту Нину. Поступила на рабфак Сибирского металлургического института. Начала работать на шахте имени Орджоникидзе – чтобы не голодала семья. Там её почти сразу «двинули» в комсорги. Маленькая, щупленькая, рыжеволосая, стриженная под мальчишку, она была весёлой и доброй, энергичной, решительной, смелой. Выступала в художественной самодеятельности. Любила кино. Веру все уважали.
В 1941-м её избрали членом бюро Куйбышевского районного комитета ВЛКСМ, а через пять дней после начала войны 24-летняя Вера стала первым секретарём райкома – бывший «первый» тогда ушёл на фронт. Только быть в безопасном тылу – когда такая беда у Родины и народа! – ей казалось просто невозможным. Она организовала курсы медсестёр, на которые сама же и ходила, и тут же записалась добровольцем в 835-й полк, формировавшийся в нашем ДК Дзерджинского. На перроне она всем помогала, улыбалась, была радостно-взволнованной оттого, что едет бить фашистов.
О бесстрашной «сестричке» – молоденькой, тонкой, похожей на подростка – с гордою улыбкой говорили во всех полках 237-й добровольческой дивизии (представляете, сколько было добровольцев, что из них одних собирали целые дивизии!), во всех полках и дивизиях Воронежского фронта. Сержант Вера спасала жизни людей. А однажды она спасла крошечный цветок с охваченной пламенем земли – и отправила этот трогательный привет… Конечно же, маме!
30 октября 1942 года – это был день рождения Веры, ей исполнилось 26 лет! – она отправила письмо маме: «Страха не знаем. У нас одна цель и стремление – скорее уничтожить врага, а там опять заживём, и именины будем справлять по-настоящему». Это было перед самым рассветом – и началом нового боя.
Писала в далëкий, далëкий Сталинск: «О смерти не думаю, думаю о победе над врагом, о том времени, когда, вернувшись домой, мы, гордые и счастливые, будем строить наше прекрасное будущее»!
И в каждом своём письме Вера просила – маму, оставшихся в Сталинске друзей – «Пишите чаще!», а племяннице Нине наказывала, чтобы училась хорошо и помогала бабушке.
Конечно, она тосковала по ним, конечно, о них тревожилась, конечно, радовалась, когда ей удалось – после ранения и госпиталя – несколько дней побыть дома. Этот дом – деревянный барак – находился рядом с трамвайной остановкой «Куйбышево», на улице Димитрова (его уже давно снесли). Только Вера и тут не усидела рядом с плачущей от счастья мамой – понеслась выступать в клуб Дзержинского. Тогда же десятки парней и девушек написали заявления отправить их добровольцами на фронт.
Вере Соломиной, вернувшейся на Воронежский фронт, было присвоено звание лейтенанта, её назначили секретарём первичной партийной организации 2-го батальона 196-го гвардейского стрелкового полка 67-й стрелковой дивизии. Она воевала на Курской дуге – в этом самом крупном в истории, страшном танковом сражении участвовали около двух миллионов человек. Есть данные, что тогда же, во время жестоких боёв Великой Отечественной, Вера была награждена ещё одним Орденом – Ленина (но они не подтверждены).
При освобождении Харьковщины она погибла. 4 августа 1943 года её похоронили в братской могиле в селе Бутово. У неё больше никогда не было «настоящих именин» – те, 26-летние, когда она, пока не начался бой, писала маме, оказались последними.
Инна Ким
